Владислав Иноземцев о некомпетентности менеджмента госкорпораций

Экономист Владислав Иноземцев о срыве покупки «Опеля» Сбербанком, провальной сделке по слиянию «Роснефти» с ТНК-BP и причине, по которой европейцы подали в суд на «Сургутнефтегаз».


Надо просто, видимо, действовать как-то, с одной стороны, цивилизованней, с другой стороны, находить партнёров. Китайцы купили, например, Volvo – купили. А мы не купили Opel. Почему? Видимо, потому что просто плохо подходили к вопросам. Можно было сделать десяток прокладок, найти какого-нибудь крупного западного инвестора, пусть он бы купил, потом через него выкупить, и так далее. Если не хотите так продаваться, найдите какой-нибудь пенсионный фонд, пусть пенсионный фонд купит Opel, а вы выкупите потом его у пенсионного фонда. Это проблема чисто тактики. То есть, если пришли и хотят работать, так чтобы пришли, пнули ногой дверь и сказали: «Деньги на стол, мы пошли!» Так не работают на Западе. Даже китайцы уже научились, а мы нет. Вот, собственно, и всё.

Китайцы покупают недвижимость американскую огромными партиями, арабские инвестиционные фонды, суверенные фонды, Бахрейн и Кувейт, они очень легко скупают и в Америке, и в Европе активы. Только, опять-таки, они, может, не скупают 100%, они берут частями, но на этом деле просто возмещают деньги очень быстро. То есть, я не вижу каких-то серьёзных проблем. То есть, придумать можно всё, что угодно, лишь бы сказать, почему у нас не вышло. Но это вопрос только качества подхода, мне кажется. В случае с Opel. Я помню, там не только Opel был, вы знаете. Были случаи, например, когда мы покупали компанию Airbus, 5% ВТБ, он её купил, продержал её полтора года, акции дальше упали. Он её, соответственно, этот кусок продал, потому что Airbus, у них совет директоров - один человек на 9% акций, 11 человек было. То есть, 5% ничего не давало в управлении. Ну, посидели полгода. Или, допустим, «Сургутнефтегаз» купил в своё время венгерскую компанию Mol, крупного дистрибьютора газа и нефти в Венгрии. А есть европейцам разница, правда, если вы покупаете публичную компанию, вы должны иметь полное раскрытие ваших собственников.  А «Сургутнефтегаз» принадлежит дяде Вове Путину на 51%, который сидит через своих родственников, друзей, знакомых, естественно, никому не говорит. Эта кампания – абсолютно известно, кто ею владеет, в принципе. И когда в течении года они не говорили, кто стоит за компанией, то европейцы подали в суд и сказали: «Либо вы продаёте обратно эти акции, либо мы просто, так сказать, блокируем, запрещаем деятельность этой корпорации». Они вынуждены были продать с убытком, но вот так вот работает бизнес.

Надо, в принципе, принимать своё место. Если ты не гегемон, то ты встраивайся, и всё будет хорошо. Какая-то там Бразилия – никакой она не гегемон, она прекрасно везде сидит, во всех компаниях. В Европе у неё куча собственности. Какие вопросы? Знаете, этот вопрос опять, политика и экономика – разные вещи. Например, мировой гегемон - американцы, уж куда гегемонистее. В 2001 году у них была одна из самых крупных сделок по слиянию/поглощению. General Electric хотел купить компанию Honeywell. Honeywell – достаточно большая контора, она занимается электротехникой: кондиционерами, системами охлаждения, реле, всякими подстанциями. Большая электрическая компания. В Америке она, по-моему, четвёртая по масштабу. А General Electric была первая. General Electric решил купить Honeywell. Они подали заявление в американскую службу по конкуренции. Те одобрили. Они подали заявление в европейскую службу по конкуренции. Европейцы не одобрили. Они сказали: «Смотрите, у нас просто во многих странах Евросоюза есть заводы компании Honeywell, заводы, utilities, станции, и прочее. Если вы её купите, окажется, что вы имеете больше 25% в 5 странах Евросоюза, что у нас запрещено на соответствующем рынке. Поэтому пусть ваша компания Honeywell, которую вы хотите купить, в этих странах свои активы продаст, допустим, в 5 из 28, а остальное вы купите, никаких проблем». Те сказали: «Нет», пошли в отказ. А там был Джек Уэлч – это был легендарный предприниматель, вице-президент General Electric, друг всех американских президентов. Он позвонил Бушу и сказал: «Блин, Джордж, ну, приедь, этих козлов в Брюсселе…» Буш приехал в Брюссель на какую-то встречу и, значит, за ужином сказал европейцам, что: «Такие неприятности, мы с вами такие друзья, какие-то у вас сумасшедшие там в Еврокомиссии, говорят, что нельзя купить эту компанию из-за какой-то ерунды, давайте договоримся». После этого Бушу сказали, что вообще никогда не поднимать этот вопрос. Мягко посоветовали. И всё, и компании слились. Причём тут гегемоны? Есть правила, вот и всё.